12/08/2021
Около восьми миллионов лет назад у побережья Южной Америки — там, где сейчас находятся Перу и Чили, — можно было увидеть удивительное животное, которое паслось на обширных подводных «лужайках», а чтобы его не сносило волнами — цеплялось за дно мощными когтями, похожими на крючья. И трудно поверить, что единственные живые родственники этого зверя, сохранившие «фамильные» когти и приверженность вегетарианскому образу жизни, в наше время свисают с ветвей деревьев, медленно перемещаясь в пологе тропического леса. Тем не менее родня всем нам знакомых древесных тихоходов некогда была весьма многочисленна — всего насчитывается от 80 до 90 вымерших родов — и занимала самые различные экологические ниши: среди них были морские, горные и даже подземные разновидности. Особенно впечатляющи были гигантские наземные ленивцы: так, ближайший сородич талассокнуса — мегатерий — был одним из крупнейших сухопутных млекопитающих, когда-либо живших на Земле, и при длине от кончика носа до кончика хвоста около шести метров он весил порядка четырех тонн!
Что же обеспечило ленивцам такую удивительную эволюционную пластичность? Наверняка не последнюю роль в этом сыграл их замедленный метаболизм: ленивцы — самые медлительные млекопитающие на планете, нуждающиеся в абсолютном минимуме калорий, и есть данные о том, что их вымершие родственники тоже не отличались особой энергичностью (так, температура тела вымершего ленивца Nothrotheriops shastensis оценивается в 35°C). Также они непривередливы в питании: четырехкамерные желудки современных ленивцев способны переваривать самую жесткую и волокнистую растительность, которая мало привлекает других травоядных. Наконец, еще одним эволюционным преимуществом ленивцев являются их зубы: они не покрыты эмалью, поэтому не такие прочные, как наши, но зато растут всю жизнь, поэтому ленивец может не беспокоиться о том, что к старости останется без зубов. Сложенные вместе, эти преимущества делают ленивцев одними из наиболее неприхотливых вегетарианцев среди млекопитающих, что и позволяло им занимать любые, даже самые неприглядные экологические ниши.
И талассокнус не был исключением: во времена возникновения этого рода — то был поздний миоцен, когда на Земле уже появились киты, медведи и однопалые предки лошадей, но вот люди еще не успели отделиться от прочих гоминид, — климат на западном побережье Южной Америки варьировал от семиаридного до аридного, и для крупного травоядного млекопитающего там было не так уж много корма. Ну а там, где не справлялась суша, на помощь приходило море, поэтому предки талассокнуса постепенно начали искать пищу на мелководье, в течение последующих четырех миллионов лет, вплоть до позднего плиоцена, адаптируясь к жизни в воде.
Впрочем, как-то особо заметно перестраивать собственные тела талассокнусы не стали: их кости стали тяжелее, чтобы служить балластом при нырянии, их челюсти и зубы приспособились к питанию мягкими водорослями и другими растениями, а конечности стали лучше подходить для сильных гребков и цепляния за дно во время кормежки. Последнее было совсем не лишним: несколько экземпляров талассокнусов были найдены со следами заживших переломов задних конечностей. Предполагается, что они получили эти травмы, когда волнами во время шторма их швырнуло на скалы. Аналогичные травмы передних конечностей лишали ленивца основного движителя в воде и, вдобавок, мешали ему выбраться обратно на сушу, так что, скорее всего, талассокнусы с переломами передних лап быстро тонули или становились жертвами хищников.
С переходом на водный образ жизни увеличились и размеры талассокнусов: если ранние виды, T. natans и T. littoralis, которые всё еще кормились в прибрежной полосе и не заходили на глубину больше одного метра, были длиной всего около 2–2,5 метра — как современный морской заяц (Erignathus barbatus), — то перешедший на полуводный образ жизни T. yaucensis, нырявший за кормом, уже достигал 3–3,5 метров в длину, как самцы нынешних сивучей. Кстати, вполне возможно, что сходство с тюленями тут прослеживалось не только по габаритам: при сравнении нескольких экземпляров T. littoralis, а также двух черепов T. сarolomartini, ученые обнаружили, что животные одного и того же вида сильно различаются по размеру, форме зубов и длине челюстей, при этом особенно явная разница прослеживается в форме и размере предчелюстных костей: возможно, при жизни у обладателей более крупных черепов имелись развитые верхние губы или даже небольшой хоботок, каким могут похвастать нынешние морские слоны.
Если предположения ученых верны, и у талассокнусов действительно присутствовал половой диморфизм, то вполне вероятно, что и поведением они напоминали некоторых современных тюленей, тех же сивучей или морских слонов, у которых самцы порой в 3–4 раза превосходят размерами самок. Поскольку адаптации конечностей талассокнусов к гребле не зашли слишком далеко, они могли свободно выходить на сушу и устраивать лежбища на берегу, и самцы сражались между собой за лучшие участки пляжей и самые большие группы самок. Земля была сравнительно безопасна для ленивцев — во всех формациях, где были найдены талассокнусы, в частности в формации Писко (Pisco Formation), не было найдено крупных сухопутных хищников, поэтому отдыхающие животные могли расслабиться и ни о чем не беспокоиться. Подробнее по ссылке:
PaleoNews — первый русскоязычный специализированный сайт новостей палеонтологии.
